Когда-то здесь размещалась поселковая больница, обслуживавшая шахтёрские посёлки.

Когда-то это была больница высокого уровня… сюда приглашали лучших врачей. Теперь это в прошлом…

Пожилой мужчина в синей рубашке — местный абориген. Сейчас держит пасеку, продаёт туристам свой мёд и рассказывает про Акармару. Живёт в доме справа.

Волга ГАЗ-24. То, что в СССР было одним из символов обеспеченности, в Акармаре было обыденностью, настолько обыденностью, что машину просто бросали. Шахты снабжались по первой категории. ну, а сейчас… сами видите, туристы фотографируются на фоне останков престижного советского автомобиля

А ещё удалось обнаружить брошенный трактор… впрочем на фоне брошенной Волги ГАЗ-24 брошенный трактор уже не удивляет…

Заброшенный жилой дом.

То, что осталось от жилого дома тридцатых годов… а когда-то был жилой дом с отдельными квартирами (тридцатые годы прошлого века, тогда это было роскошью). Сейчас сами видите, даже оконных рам осталось мало

На пригорке у въезда в Акармару находилась средняя школа (на фото наверху). Кроме детей из Акармары здесь учились также школьники из Джантухи и Поляны, детей привозили в школу автобусами. Аналогично врачам и учителя сюда приглашались лучшие. Сейчас детей в Акармаре нет, соответственно не нужна и школа. А на переднем плане небольшая кафе-столовая, рассчитана на туристов. Жизнь продолжается…

Ткуарчал. Верхняя часть города. Потихоньку начинают приводить дома в порядок.

Здание шахтоуправления

И как везде в Абхазии — памятник Владиславу Ардзинбе в центре города. Монумент

Монумент героям блокадного Ткуарчала. А рядом памятник героям Великой Отечественной войны. Символично.

Спускаемся из верхней (жилой) части Ткуарчала в нижнюю (промышленную) часть. При СССР верхнюю и нижнюю части Ткуарчала соединяла ещё и канатная дорога, сейчас осталась только эта дорога.

Памятник сталинскому шахтёру

Бывшая обогатительная фабрика. Сейчас шахты не работают и обогащать нечего.

Слева здание железнодорожного вокзала, справа — ГАЭС.

Во что время превращает сталинский ампир… надпись на грузинском давно сбита, но название на русском языке оставлено прежнее (калька с грузинского)

Рельсов уж давно нет и поезда не ходят.

Внутри здания вокзала всё заросло папоротником, а внутренние стены медленно разрушаются

Село Илор. Старый православный храм с мироточащими и кровоточащими иконами. раньше относился к грузинской православной церкви, сейчас непонятно к чему

Колокольня.

Внутри колокольни сохранились два старых захоронения. Одно из них.

Илорский храм.

На территории храма.